Зощенко Михаил Михайлович

Зощенко Михаил Михайлович

Зощенко Михаил Михайлович (Mihail Zoschenko) - знаменитый русский писатель. Родился 10 августа 1894 в семье художника в Петербурге (по другим сведениям, в Полтаве). В 1913 г. после окончания гимназии поступил в Петербургский университет на юридический факультет. Не закончив курса, он отправился на фронт начавшейся первой мировой войны добровольцем; участвовал в боях, отличаясь храбростью и отвагой, за что удостоен пяти орденов; командовал батальоном; был трижды ранен, отравлен газами, окончил войну в чине штабс-капитана. Впоследствии опыт военных лет, знание солдатской и офицерской среды так или иначе отражались в его произведениях... Подробнее...

«Сатира и юмор 20-х - 30-х годов» «Рассказы разных лет» «Опальные рассказы»

«Возвращенная молодость» «Фельетоны» «Рассказы о Ленине»

«Монастырь» «Рассказы, не вошедшие в собрание сочинений» все произведения

Тем временем:

...
     Есть такое страшноватое назначение у пародии; стирать с лица земли. Но, увы, исполнив это назначение, она, пародия, либо становится попросту ненужной ввиду исчезновения своего объекта, хотя он, может, и не совсем исчез и не явился бы в другом облике!-- либо подменяет его и сама на чужих правах осваивается в жизни, постепенно напрочь теряя свои комические свойства.
     Такова, например, Тень у Ханса Кристиана Андерсена и у Евгения Шварца, и, как это ни странно (но в общем-то легко объяснимо), Шварц, чувствительный драматург XX века, пожалел свою гротесково спародированную действительность и кое-как восстановил ее в первозданных правах; Андерсен же, сентиментальный сказочник века XIX, беспощадно показал подмену жизни, то и дело совершавшуюся на его глазах, и предсказал такие же подмены в будущем.
     Словом, ирония -- дело опасное, тем более убийственная ирония отрицания. Ею, как опасной бритвой, недолго и порезаться, особенно если рука дрожит -- положим, даже и от праведного гнева. Недаром Некрасов, отнюдь не обделенный способностями именно по части истребительной иронии, писал:
     Я не люблю иронии твоей. Оставь ее отжившим и не жившим...
     Стало быть, что же: прицельная, ироническая пародия с ее непременной дьявольщинкой, по-разному очевидной и в "Докторе Фаусте" Т. Манна, и в "Мастере и Маргарите" М. А. Булгакова (причем в виду здесь имеются не столько воландовские, сколько евангельские главы) -- вредна и плоха? Вовсе нет: без нее даже и смех не в смех, а у "цветов невинного юмора" подчас чересчур парфюмерный запах; просто шутки с нею плохи, и поэтому, как говаривал Щедрин, "всякий человек да опасно ходит"...

Том Шарп (Thom Sharp)   
«Дальний умысел»