Зощенко Михаил Михайлович - Произведения - Монастырь

     - Нет, - говорил, - куда мне! От мирских дел я давно отошел, мозги у меня не на то самое направлены, а на очищение и на раскаяние, - не могу, простите!
     Но уломали. Мраморную доску обещали приклепать на стене с заглавием купчика. Согласился купчик.
     И вот дали ему семьдесят тысяч рублей золотом, отслужили молебствие с водосвятием и отправили покупать.
     Покупал он долго. Неделю. И приехал назад в монастырь вспотевший и вроде не в себе. Приехал утром. С экипажа не Слез, к игумену не пошел, а велел только выносить свои вещи из кельи.
     Ну, а монахи, конечно, сбежались - увидели. И игумен вышел.
     - Здравствуйте, - говорит. - Сходите!
     - Здравствуйте, - говорит. - Не могу.
     - Отчего же, - спрашивает, - не можете? Не больны ли? Как, дескать, Ваше самочувствие и все такое?
     - Ничего, - говорит Владимир Иванович, - спасибо! Я, говорит, приехал попрощаться да вещички кой-какие забытые взять. А сойти с экипажа не могу, - ужасно тороплюсь и вообще.
     - А Вы, - говорит игумен, - через не могу. Какого черта! Нужно нам про дело говорить. Купили?
     - Купил, - отвечает купчик, - обязательно купил. Такое богатое имение не купить грешно, отец настоятель!
     - Ну, и что же? - спрашивает игумен. - Оформить надо... Дар-то...
     - Да нет, - отвечает купчик. - Я, говорит, раздумал. Я, говорит, не подарю вам это имение. Разве мыслимо разбрасываться таким добром? Что вы?
     Чего тут и было после этих слов, - невозможно рассказать. Игумен, конечно, ошалел, нос у него сразу заложило - ни чихнуть, ни сморкнуться не может. А эконом - мужчина грузный - освирепел, нагнулся к земле и за неимением под рукой камня схватил гвоздь этакий длинный, барочный и бросился на Владимир Ивановича. Но не заколол - удержали.
     Владимир Иванович побледнел, откинулся в экипаже.
     - Пущай, - говорит, - пропадают оставленные вещи.
     И велел погонять.
     И уехал. Только его и видели.
     Говорили после, будто он примкнул к другому монастырю, в другой монастырь начал жертвовать, но насколько верно - никто не знает.
     А история эта даром не прошла. Которые верующие монахи стали расходиться из монастыря. Первый ушел молчальник,
     - Ну, - говорит, - вас к чертям собачьим.
     Плюнул и пошел, хотя его и удерживали. А засим ушел я. Меня не удерживали.

     Из сатирического альманаха "Бегемотник". Л. 1928

Страницы: (3) : 123

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... И в этой стране он с любого места побережья мог видеть острова, а на этих островах странные, вызывающие восление в крови, существа, называть которые у него не хватило духу. В то время, как он был занят поисками лодки, к нему подошел человек в вечернем наряде.
      - Это настоящие острова? - спросил юный принц.
       - Разумеется, это настоящие острова, - ответил ему человек в вечернем платье.
      - А эти странные волнующие существа?
      - Это самые настоящие, самые подлинные принцессы.
      - Тогда Бог тоже должен существовать! - воскликнул принц.
      - Я и есть Бог, - ответил ему человек в вечернем наряде и поклонился.

      Юный принц изо всех сил поспешил к себе домой.
      - Итак, ты вернулся, - приветствовал его король-отец.
       - И я видел острова, видел принцесс и я видел Бога, - заметил ему принц с упреком.

      Король отвечал непреклонно:
       - На самом деле не существует ни островов, ни принцесс, ни Бога.
      - Но я видел их!
      - Скажи мне, во что был одет Бог?
      - Он был в вечернем наряде.
       - Были ли закатаны рукава его пиджака ? Принц вспомнил, что рукава были закатаны. Король улыбнулся.
      - Это обычная одежда мага, тебя обманули.

     Тогда принц вернулся в другую страну, пошел на тот же берег и снова встретил человека в вечернем наряде.
      - Король, мой отец, рассказал мне, кто вы такой, - заявил ему принц с возмущением. - Прошлый раз вы обманули меня, но на этот раз этого не пройдет. Теперь я знаю, что это ненастоящие острова и ненастоящие принцессы, потому что вы сами - всего лишь маг...

Джон Фаулз (John Robert Fowles)   
«Принц и маг»