Зощенко Михаил Михайлович - Произведения - Рассказы разных лет

     И вдруг подходит развратной походкой к блюду и цоп с кремом и жрет.
     А денег у меня -- кот наплакал. Самое большое, что на три пирожных. Она кушает, а я с
     беспокойством по карманам шарю, смотрю рукой, сколько у меня денег. А денег -- с гулькин нос.
     Съела она с кремом, цоп другое. Я аж крякнул. И молчу. Взяла меня этакая буржуйская стыдливость. Дескать, кавалер, а не при деньгах.
     Я хожу вокруг нее, что петух, а она хохочет и на комплименты напрашивается. Я говорю:
     -- Не пора ли нам в театр сесть? Звонили, может быть.
     А она говорит:
     -- Нет.
     И берет третье. Я говорю:
     -- Натощак -- не много ли? Может вытошнить.
     А она:
     -- Нет,-- говорит,-- мы привыкшие. И берет четвертое.
     Тут ударила мне кровь в голову.
     -- Ложи,-- говорю,-- взад!
     А она испужалась. Открыла рот, а во рте зуб блестит.
     А мне будто попала вожжа под хвост. Все равно, думаю, теперь с ней не гулять.
     -- Ложи,-- говорю,-- к чертовой матери!
     Положила она назад. А я говорю хозяину:
     -- Сколько с нас за скушанные три пирожные?
     А хозяин держится индифферентно -- ваньку валяет.
     -- С вас,-- говорит,-- за скушанные четыре штуки столько-то.
     -- Как,-- говорю,-- за четыре?! Когда четвертое в блюде находится.
     -- Нету,-- отвечает,-- хотя оно и в блюде находится, но надкус на ем сделан и пальцем смято.
     -- Как,--- говорю,-- надкус, помилуйте! Это ваши смешные фантазии.
     А хозяин держится индифферентно -- перед рожей руками крутит.
     Ну, народ, конечно, собрался. Эксперты. Одни говорят -- надкус сделан,
     другие -- нету.
     А я вывернул карманы -- всякое, конечно, барахло на пол вывалилось,--
     народ хохочет. А мне не смешно. Я деньги считаю.
     Сосчитал деньги -- в обрез за четыре штуки. Зря, мать честная, спорил.
     Заплатил. Обращаюсь к даме:
     -- Докушайте, говорю, гражданка. Заплачено.
     А дама не двигается. И конфузится докушивать.

Страницы: (44) :  <<  ... 234567891011121314151617 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Природа: Ни хлебные поля, ни отзвук золотой Пастушеских рогов, ни утренней порой Заря, ни красота печального захода.

Смешно искусство мне, и Человек, и ода, И песенка, и храм, и башни вековой Стремленье гордое в небесный свод пустой. Что мне добро и зло, и рабство, и свобода!

Не верю в Бога я, не обольщаюсь вновь Наукою, а древняя ирония, Любовь, Давно бегу ее в презренье молчаливом.

Устал я жить, и смерть меня страшит. Как чёлн, Забытый, зыблемый приливом и отливом, Моя душа скользит по воле бурных волн.





     Гротески



Не опасаясь ни лишений, Ни утомленья, ни тоски, Они дорогой приключений Идут, в лохмотьях, но дерзки.

Мудрец казнит их речью ловкой, Глупец становится в тупик, Девицы дразнят их издевкой, Мальчишки кажут им язык.

Конечно, жизнь их ядовита, Они презренны и смешны, Они напоминают чьи-то Во тьме ночной дурные сны.

Гнусят! Над резкою гитарой Блуждает вольная рука. В их странных песнях ропот ярый, По горней родине тоска;

В глазах то плачет, то смеется Любовь, наскучившая нам, К тому, что вечно остается, К давно почившим и к богам.

- Блуждайте ж, отдыха не зная, Людьми отвергнутой толпой У двери замкнутого рая, Над грозной бездною морской.

С природой люди дружны стали. Чтобы казнить вас поделом За то, что, гордые в печали, Идете с поднятым челом,

И вас, отмщая дерзновенных Надежд высокомерный пыл, Встречает, на пути забвенных, Природа схваткой грубых сил.

То зной сжигает ваше тело, То холод в кости вам проник; Горячка кровью овладела, Терзает кожу вам тростник.

Все гонят вас с ожесточеньем, А после смерти роковой И волк посмотрит с отвращеньем На труп холодный и худой.





     Осенняя песня



О, струнный звон, Осенний стон, Томный, скучный. В душе больной Напев ночной Однозвучный.

Туманный сон Былых времён Ночь хоронит. Томлюсь в слезах, О ясных днях Память стонет...

Сологуб Федор   
«Поль Верлен. Стихи»